Он ходил за мной по пятам, не гнушался самыми гнусными средствами, чтобы поймать меня. Ни с кем не давал мне слова сказать. На балах торчал за м..
При чтении сохранялась полная неподвижность шеи и всего стана. Чтение Иннокентия Федоровича приближалось к типу актерского чтения. Манера чтения была с..
Вдруг вытаскивает из кармана желтый
складной аршинчик:
- Круг, вот у меня есть,- позвольте, я? Ей-богу, а? Позвольте!..
Фаулз Джон (Fowles John) (1926 - 2005) - один из немногих значительных романистов, появившихся в Англии в 1960-е годы.
Человек поразительно широкого дарования, Фаулз опубликовал шесть романов, написанных в совершенно разной стилистической манере; сборник повестей и рассказов Башня из черного дерева (The Ebony Tower, 1974); книгу с изложением его личной философии Аристос (The Aristos, 1964; перераб. изд. 1968); сборник Стихотворения (Poems, 1973); ряд великолепных переводов с французского языка; киносценарии; литературно-критические статьи; множество других книг и статей, не относящихся к собственно художественной литературе и затрагивающих столь разные темы, как Стонхендж и домашнее консервирование, феминизм и игра в крокет.
Фаулз родился 31 марта 1926 в Ли-он-Си (графство Эссекс). Учился в частной школе в Бедфорде, проявил себя способным учеником и хорошим спортсменом. Отслужив два года в морской пехоте, продолжил образование в Оксфордском университете, где в 1950 получил степень бакалавра гуманитарных наук по специальности «французская литература». Следующие десять лет преподавал английский язык и литературу во Франции и Греции и в учебных заведениях Лондона и его окрестностей.
Первый же опубликованный роман Фаулза, Коллекционер (The Collector, 1963), принес ему успех и избавил от необходимости зарабатывать на жизнь учительским трудом. До конца 1960-х годов вышли в свет еще два романа, крупных по объему и дерзких по замыслу, – Волхв (The Magus, 1965; перераб. вариант 1977) и Женщина французского лейтенанта (The French Lieutenant's Woman, 1969), а также два издания книги Аристос, подзаголовок которой – «Автопортрет в идеях» – дает представление и о содержании этой работы, и о ее значении для понимания раннего этапа творчества Фаулза.
В Коллекционере, Волхве и Аристосе внимание автора сосредоточено на проблеме человеческой свободы (ее природа, пределы и связанное с нею чувство ответственности), а также на основополагающем соотношении любви, самопознания и свободы выбора. По сути, эти проблемы определяют тематику всех произведений Фаулза. Его герои и героини – нонконформисты, стремящиеся хоть как-то реализовать себя в рамках конформистского общества.
Удостоенная престижной литературной премии книга Женщина французского лейтенанта, по мнению многих критиков, лучшее произведение Фаулза. Это одновременно экспериментальный и исторический роман, переносящий читателей в досконально воссозданный викторианский мир, но ни на минуту не позволяющий им забыть о том, что они – современные люди и отделены от происходящего огромной исторической дистанцией. В книге Червь (A Maggot, 1986) восемнадцатый век описан столь же подробно, как в Женщине французского лейтенанта – век девятнадцатый. В промежутке между публикациями этих замечательных историко-экспериментальных романов вышли в свет еще два образца оригинальной прозы Фаулза – гигантская эпопея Дэниел Мартин (Daniel Martin, 1977) и несколько неожиданная своей миниатюрностью повесть Мантисса (Mantissa, 1982) – фантазия на тему противоборства между творцом и его музой.
Тем временем:
... Мегрэ вернулся в свой кабинет немного отяжелевшим от пива и несколько обеспокоенным. Прежде чем сесть за стол, он налил себе стакан воды из под крана.
Спустя десять минут в коридоре разыгралась примечательная сцена. Лоньон и еще один инспектор из восемнадцатого округа, корсиканец Альфонси, медленно поднимались по лестнице. Между ними шел человек, который, похоже, чувствовал себя весьма неловко. Лицо он закрывал шляпой.
Барону и его коллеге Жану Ружину, сидевшим перед дверью комиссара Бодарда, достаточно было одного взгляда, чтобы понять, в чем дело. Фотограф спешно налаживал аппарат.
— Кто это?
Они знали Лоньона. Они знали каждого работника полиции, точно так же, как сотрудников своей газеты. Когда два инспектора, состоящие не на службе в уголовной полиции, а в комиссариате Монмартра, приводят незнакомца на набережную Орфевр, который к тому же закрывает лицо шляпой, — это что нибудь да значит.
— Это к Мегрэ?
Не отвечая, Лоньон направился к двери и деликатно постучал. Дверь открылась, и все трое скрылись за ней.
Барон и Жан Ружин были похожи на людей, которых только что одурачили, но поскольку каждый из них знал, что думает другой, то они промолчали.
— Ты успел их сфотографировать? — спросил Ружин Фотографа.
— Только шляпу перед его лицом.
— Вот так всегда. Давай быстрее в газету и возвращайся сюда. Не прозевать бы их, когда они будут выходить. Альфонси вышел почти сразу лее.
— Кто это?
Инспектор, казалось, был смущен.
— Я не могу ничего сказать.
— Почему?
— Это приказ.
— Чей? Кого вы поймали?
— Спросите комиссара Мегрэ.
— Есть подозрения?
— Не знаю.
— Новые предположения?
— Уверяю вас, мне ничего не известно.
— Спасибо за помощь.
— Я считаю, что если бы это был убийца, вы надели бы на него наручники.
Альфонси ушел с убитым видом, словно расстроился, что не мог сказать больше, чем положено. В коридоре стало по прежнему тихо, будто полчаса тому назад здесь никакой суеты вовсе и не было.
Мошенник Макс Бернат вышел из финансового отдела, но он уже отошел на второй план. По старой дружбе журналисты задали несколько вопросов комиссару Бодарду.
— Он назвал фамилии?
— Еще нет.
— Он отрицает помощь политических лиц?
— Не отрицает, но и не признает.
— Когда состоится новый допрос?
— Как только подтвердятся некоторые сведения...
