42. С. М. Салтыковой. 30 сентября 1825 г.
43. В. И. Григоровичу. 10 октября 1825 г.
44...
Снег перешел в ледяной дождь, но для него это уже не имело значения.
Глава 2
К..
Ничто теперь уже не диво:
..
Вывоз мусора. Для поддержания чистоты и экологической безопасности в жилых районах постоянно требуется вывоз бытового мусора. Эффективнее делать это с помощью пресс-контейнеров. Мы предоставим специальные контейнеры для мусора на любой территории. www.firmamechta.ru
Цитата из книги "Коллекционер" (The Collector), 1963 Перевод: неизвестно
"Описания. Какая пропасть между мыслью и словом. Например, как Калибан сидит – очень напряженно и слегка пригнувшись. Почему так? От смущения? Или он всегда готов к прыжку, если я вдруг брошусь бежать, Я могу это нарисовать. Могу нарисовать его лицо, выражение глаз, рта. Но слова... Слова так невыразительны, неточны, так ужасно примитивны в сравнении с рисунком, живописью, скульптурой. "Я сидела на кровати, а он – у двери, и мы беседовали, и я пыталась уговорить его использовать деньги на самообразование, и он сказал, что согласен, но я не была убеждена, что это действительно так". Словно жалкая пачкотня на чистом листе.
Словно пытаешься рисовать тупым карандашом."
Цитата из книги "Коллекционер" (The Collector), 1963 Перевод: неизвестно
Секс – это полноправная часть жизни, ну, если хотите, род деятельности, такой же деятельности, как и всякая другая. В этом нет ничего постыдного, грязного, просто двое дарят друг другу свои тела. Это – как танец. Как игра.
Тем временем:
...
Вульф повесил трубку.
Такую терпимость он проявил исключительно потому, что я был занят
личным делом, а не выполнял его задание. Вульф совершенно не выносит,
когда его отрывают от его драгоценных орхидей, поэтому, случись так, что я
все же выполнял бы его задание, он бы напомнил, что мне следовало
доложиться Фрицу, а не ему.
Выйдя на улицу, я прошагал еще полквартала, пряча нос от леденящего
ветра, добрался до нужного дома, зашел в вестибюль и нажал на кнопку с
надписью "Кэтер". Подождал, потом позвонил еще и еще - дверь не открылась,
как я, впрочем, и ожидал. Поскольку околачиваться рядом в такой холод не
хотелось, я повернул свои стопы назад к Восьмой авеню, мечтая пропустить
рюмку - другую. Мечты мечтами, а виски я обычно позволяю себе лишь тогда,
когда выкладываю факты, а не добываю их; поэтому вместо бистро я завернул
в аптеку и заказал кофе.
Выпив чашечку, я вошел в будку, набрал номер, повесил трубку после
десяти длинных гудков, вернулся к стойке и попросил стакан молока. Потом
снова навестил будку - с тем же успехом, и заказал бутерброд с солониной
на ржаном хлебе. В кухне нашего старого особнячка на Западной Тридцать
пятой улице ржаного хлеба не держат. Лишь в двадцать минут седьмого, когда
я расправился со вторым куском тыквенного пирога и с четвертой чашечкой
кофе, на другом конце провода наконец ответили.
- Орри? Это Арчи. Ты один?
- Конечно, я всегда один. Ты там был?
- Да. Я...
- Что ты нашел?
- Я лучше покажу тебе. Через две минуты буду у тебя.
- Зачем, я сам...
- Я уже рядом. Ровно две минуты.
Я повесил трубку.
Я не стал тратить время на пальто и перчатки. Две минуты пребывания
на таком холоде - неплохая проверка жизнеспособности...