Боль, которую он испытывал, проникала в сознание глубже, чем все расспросы об искусстве, его искусстве, его личной судьбе. На несколько мучительных мгновений он очень четко представил себе собственный облик и облик всего человечества. Внутренний голос — последняя надежда на избавление, на свободную волю — побуждал его сжечь все корабли, вернуться, искать спасения в бегстве. Но на кораблях, как на великих художниках прошлого, стойких против любого пламени, лежала длинная тень. Тень молодого англичанина — неподвижного, но устремленного вперед, в сторону своего дома, всматривающегося в отдаленный ряд застывших посадочных огней. Объявили о прибытии самолета, и он спустился вниз, чтобы встретить Бет. Ее вещи он привез с собой в машине, поэтому она вышла к нему налегке, в числе первых пассажиров. Помахала ему рукой. Он поднял руку. Новое пальто — сюрприз для него — слегка колыхалось от ее резких движений; видимо, она гордилась своей обновкой. Веселый Париж. Свободная женщина. И смотри ка: без детей. Она появляется с беспощадностью настоящего; на ее лице спокойная радость; вполне естественно, что он тут, где же ему еще быть. И он придает своему лицу выражение такой же уверенности. Она останавливается в нескольких шагах от него. — Привет. — Она кусает губы. — А у меня на какой то момент мелькнула страшная мысль. — Пауза. — Вдруг ты мне больше не муж. Отрепетировано. Он улыбается. Целует ее в губы. Они идут рядом, говорят о детях. Ему кажется, что он с трудом волочит ноги; вероятно, так чувствует себя человек, недавно перенесший операцию и еще не совсем пришедший в себя; в его притупленном сознании мелькает что то неумолимо ускользающее. Очертания лица, золотистые волосы, звук закрывающейся двери. Я сама этого хотела. Как во сне: было, но не помнишь что. Захлебнувшийся крик, день, сгоревший дотла. Она спрашивает: — Ну, а ты, милый, как? Он сдается тому, что осталось: абстракции. — Уцелел.

Страницы: (71) :  <<  ... 636465666768697071

Полный текст книги

Перейти к титульному листу

Версия для печати

Тем временем:

...
     Посреди зеленой лужайки стоял пышный Розовой Куст. Соловей увидел его, подлетел к нему и спустился на одну из его веток.
     - Дай мне красную розу, - воскликнул он, - и я спою тебе свою лучшую песню!
     Но Розовый Куст покачал головой.
     - Мои розы белые, - ответил он, - они белы, как морская пена, они белее снега на горных вершинах. Поди к моему брату, что растет возле старых солнечных часов, - может быть, он даст тебе то, чего ты просишь.
     И Соловей полетел к Розовому Кусту, что рос возле старых солнечных часов.
     - Дай мне красную розу, - воскликнул он, - и я спою тебе свою лучшую песню!
     Но Розовый Куст покачал головой.
     - Мои розы желтые, - ответил он, - они желты, как волосы сирены, сидящей на янтарном престоле, они желтее златоцвета на нескошенном лугу. Поди к моему брату, что растет под окном у Студента, может быть, он даст тебе то, чего ты просишь.
     И Соловей полетел к Розовому Кусту, что рос под окном у Студента.
     - Дай мне красную розу, - воскликнул он, - и я спою тебе свою лучшую песню!
     Но Розовый Куст покачал головой.
     - Мои розы красные, - ответил он, - они красны, как лапки голубя, они краснее кораллов, что колышутся, как веер, в пещерах на дне океана. Но кровь в моих жилах застыла от зимней стужи, мороз побил мои почки, буря поломала мои ветки, и в этом году у меня совсем не будет роз.
     - Одну только красную розу - вот все, чего я прошу, - воскликнул Соловей. - Одну-единственную красную розу! Знаешь ты способ получить ее?
     - Знаю, - ответил Розовый Куст, - но оп так страшен, что у меня не хватает духу открыть его тебе.
     - Открой мне его, - попросил Соловей, - я не боюсь...

Оскар Уайлд (Oscar Wilde)   
«Соловей и роза»

Биография

Произведения

Статьи

Галерея

Цитаты

Краткие содержания

Гостевая книга