зыка призывно звучит здесь в
тесных зальцах, кинематографы своими кричащими афишами
обещают неслыханное великолепие, четырехгранные фонарики,
приютившись под воротами, подмигивают приветлив..
Ягуар-альбинос (я?) по качающемуся мосту (что я вижу? где это? вот так оно
было на самом деле?) летит длинными красивыми скачками, белая смерть (ей бы
черно..
Собака печально лежала на дне, уткнув морду в лапы.
Тарт вспомнил отца, но пренебрежительно сморщился...
... --
Прекрасное местечко, и столько свежего воздуха!" И он устроился
прямо между туфель Счастливого Принца.
"Сегодня у меня золотая спальня," -- самодовольно
оглядываясь сказал он. И только он хотел спрятать голову под
крыло, как -- кап! -- откуда-то сверху на него упала капля.
"Вот так история, -- встрепенулся Скворец. -- На небе ни
облачка, все звезды видно, и все равно идет дождь! Не зря
говорят, что на Севере Европы отвратительный климат. Только
этой дурочке тростинке мог нравиться дождик."
"Кап!" -- и еще одна капля упала на него. "Какой прок во
всех этих памятниках, если они даже от воды не могут защитить.
Полечу, поищу приличный дымоход". Не успел он раскрыть крыльев,
как опять на него упала капля. Скворец сердито взглянул вверх,
и ... Что же он увидел? Глаза Счастливого Принца были полны
слез, слезы стекали по золотым щекам и падали вниз. Лицо его
было так прекрасно в лунном свете, что маленькому Скворцу стало
жаль Принца.
"Кто ты?" -- спросил он. "Счастливый Принц". "Почему же ты
плачешь? Я уже весь вымок".
"Когда я жил, и сердце у меня было человеческое, --
отвечал памятник, -- я не знал что такое слезы. Я жил во Дворце
Утех, куда запрещен вход печали. Днем я играл с друзьями в
саду, а вечером открывал бал в Главной Зале дворца. Сад был
обнесен высокой стеной, но мне и знать не хотелось, что за ней.
Ведь вокруг все было так прекрасно... Придворные звали меня
Счастливым Принцем. О! Если удовольствия могут принести
счастье, как я был счастлив! А потом я умер. И сейчас они
поставили меня так высоко, что я вижу всю скорбь и всю нищету
моего города. И хоть сердце у меня теперь оловянное, я не могу
не плакать".
"Вот как! А я думал он весь из золота", -- подумал
Скворец. Но он был слишком вежлив, чтобы делать замечания
вслух.
"Далеко отсюда, -- сказал Принц тихим нежным голосом, --
есть тихая улица, а на ней старенький дом. Одно окно в нем
открыто, и я вижу женщину, которая сидит за столом...
