Под узкими арками входных дверей сидели на стульях женщины в фартуках, похожие на служанок; завидя приближающихся матросов, они поднимались с места, делали несколько ш..
По иронии судьбы у Лос Анджелеса существует свой личный разлом, проходящий под улицами города. Его название – разлом Ньюпорт Инглвуд. Когда в 1933 году од..
– Мы вытащим тебя отсюда. Ты просто слишком нетерпелив, как всегда.Над нами снова запульсировали вспышки, высвечивая каждую каплю дождя.– А ты…Его слова утонули в грохоте очере..
Фаулз Джон (Fowles John) (1926 - 2005) - один из немногих значительных романистов, появившихся в Англии в 1960-е годы.
Фаулз родился 31 марта 1926 в Ли-он-Си (графство Эссекс). Учился в частной школе в Бедфорде, проявил себя способным учеником и хорошим спортсменом. Отслужив два года в морской пехоте, продолжил образование в Оксфордском университете, где в 1950 получил степень бакалавра гуманитарных наук по специальности «французская литература»...
... Моей пищей в тот день была чашка собачьей бурды, украденная подле
забора. Издавна привыкший к отрадной синеве табачного дыма, я не курил
два-три дня. Ноги болели, мне нездоровилось, и отношение к миру в эти часы
скитания напоминало отчаяние, хотя я еще шел, еще дышал, еще осматривался
вокруг, злобно ища приюта. И мне показалось, что невдалеке, из лощины, где
протекала узкая речка, вьется дым.
Всмотревшись, я убедился сквозь густую завесу дождя, что там есть
жилье. Это была мельница. Я подошел к ней и постучал в дверь, которую
открыл старик, весьма мрачной и неприветливой внешности.
Я объяснил, что заблудился, что голоден и устал. - "Войдите! - сказал
старик, - здесь для вас найдется угол и пища".
Он усадил меня за стол в маленькой, полутемной комнате и скрылся,
скоро вернувшись с миской похлебки и куском хлеба. Пока я ел, старик
смотрел на меня и вздыхал.
- Не хотите ли отдохнуть? - спросил он, когда я насытился, и в ответ
на мое желание, выраженное громкой зевотой, провел меня наверх, в некую
крошечную клетушку с малым окном. Убогая кровать манила меня, как
драгоценный альков. Я бросился на нее и скрылся в забвении крепчайшего сна.
Была ночь.
Ощутив, вероятно бессознательно, некоторое неудобство, я повернулся и
пробудился. Когда я попробовал шевельнуть рукой - мне это не удалось. В
страхе, внезапно обуявшем меня, я напряг члены, - веревки врезались в мое
тело, - я был связан по рукам и ногам. Брезжил рассвет.
В томительном колебании его света я увидел старика; стоявшего в трех
шагах от меня с длинным ножом в руке. Он сказал:
- Не кричи. Я связал тебя и убью. За что? За то, что природа так
мрачна и ужасна вокруг моего жилища...
